Адрия - здесь творятся чудеса

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Адрия - здесь творятся чудеса » Величайшая равнина » Домишко Корнала


Домишко Корнала

Сообщений 1 страница 21 из 21

1

Назвать этот сарай домом, было бы слишком большой лестью для строителя. Покосившийся, подгнивший срубчик со скособоченной крышей. Внутри нет практически ничего. В стенах больше дыр, чем самих брёвен, а затыкать эти дыры паклей старик не соизволил. Так что ветер разгуливает  здесь так же свободно, как если бы домика не было совсем. Мебели нет никакой. Ни стульев, ни стола, ни даже скамейки. Зато в углу гордо возвышается пяди, эдак, на две от пола массивная деревянная ручка от дверцы, ведущей в погреб. "Подземелье" по сравнению с надземной частью просто королевские покои. По углам торжественное кружево паутины, правда пауки совсем изголодались, не найдя через неделю ни единой мухи, обиделись и уползли, но паутина осталась, как приятное воспоминание о приходящих гостях. Посередине стоит деревянный стол. Если бы мебель умела разговаривать, то обозвала бы этот стол уродцем. Потому, что нет ни одной пары одинаковых по длине ножек, а на столешнице уже есть пара прожженных дырок. Рядом со столом стоит стул. Честно говоря, он больше походит на смесь буквы "С" с вышеуказанным столом, но не будем вдаваться в детали. На столе покоится бесчисленное количество колб. Под столом их, впрочем, тоже не мало. По комнате в хаотичном порядке расставлены аппаратики и аппаратища. Большинство похожи на перегонные. У западной стены приютились два сундука. В одном - жидкости в пробирочках. В другом - пачки исписанной бумаги. Ну и наконец шедевр науки! В углу покоится смесь топчана с матрацем. Эта... Этот... В общем ЭТО служит лежбищем для хозяина всех этих богатств. В углу напротив кострище, обложенное камнями, и давно остывший котелок висит над ним. А ещё здесь, как и подобает средневековым подземельям, оч-чень много крыс, которые, кстати, не чувствуют особых притеснений.

Отредактировано Корнал (2009-19-08 15:57:17)

0

2

Темнота царственно раскинула свои лапы и мягким шёлком раскинулась в комнате. Проще говоря костёр окончательно потух. Последний уголёк ещё немного посветился и потух. Осень пришла заодно с холодом. Холод чувствовал себя здесь таким же хозяином, как и темнота. По крайней мере ему тут никто не мешал вольно править. Править было особенно нечем. Но даже самый жалкий король гордится своим королевством. Наверху ветер завывал так, что любая другая душа, наверное, действительно бы в пятки забилась. Но у Корнала души, видимо, не было. По крайней мере, сейчас. Или же душа была особо стойкая, ибо повидала и не такое.  Корнал склонился над колбой. Две жидкости никак не хотели реагировать. Прозрачная всплыла на верх, а грязно-серая осталась в низу. Мало того, что жидкости не реагировали, так они ещё и не желали смешиваться. Старик схватил колбу и слегка потряс в руке, с слабой надежде, что хоть это поможет им смешаться. Результат нулевой. Что, оплошал, хімік? А я что говорил? Немає, немає... Этот опыт мы уже ставили с тобой. Желал чего-то большего? Корнал желал. Желал красивых пузырей и результат на серебряном блюдечке. Причём результат в больших количествах, чтоб машину летающую построить. Мутные глазенки впились в колбу. Колба осталась в своём прежнем состоянии, хотя от такого взгляда могли и горы сдвинуться. Могли. Но видимо не хотели. Но это горы! А эта жалкая колба, казалась, ухмылялась, явственно говоря, что, мол, не надо меня так взглядом бурить, а то, что во мне жидкости не смешиваются, так это ж разве я виновата, а? Было большое желание разбить колбу, дабы со старшими не спорила, однако вместо этого Корнал протянул к колбе свои длиннющие пальцы и, схватив, потащил к кострищу. Остановившись перед потухшим костром, Корнал постучал ногтем по сосуду и гордо вылил жидкость на ещё горячие угли. Жижа зашипела, слегка запенилась и, оставив напоследок ужасающий запах, просочилась между камней и ушла в землю, к ужасу местных дождевых червей. Оплошал! Оплошал! - возрадовался внутренний голос. Корнал чихнул на него и, утеревшись грязным рукавом, пошёл назад к столу - записывать результаты. Результатов, надо сказать не было уже какую неделю (какую именно Корнал не знал, но подозревал, что довольно не хилую). Злило это Корнала до чёртиков. Поэтому сейчас он был просто в тихом бешенстве. Вот и стал опыты повторять - от безнадёжности. А внутренний голос всё хихикал, всё не унимался. Хотелось цыкнуть на того, кто сидел внутри, но к сожалению именно этот внутренний голос часто подсказывал при решении сложных задач. Однако сейчас голос был просто ехидным и вредным. И помогать не собирался. Не правда ли не утешающее состояние?

Отредактировано Корнал (2009-19-08 19:10:37)

0

3

Из таверны "Черная кошка" ---- >
Хотя, как упоминалось мною не раз, клуб «по интересам», в котором состояла Фелиция и представлял собой сборище старых маразматиков, консерваторов и магов-неудачников, все же что-то полезное эти еженедельные посиделки принесли. Во-первых, Фикс таки определилась с направлением технического поиска. А во-вторых, еще с тех самых времен в памяти вампирши отложилась пара-другая имен, связанных с разработками в заинтересовавшей ее области. А где имена, там, соответственно и личности. Порой, даже легендарные в своей гениальности и.. безумии.
Ученый, интересующий Феликс на данный момент, жил, насколько ей было известно, в небольшом графстве, одном среди многих на Величайшей равнине (На то уж она и величайшая). Однако, сведениям этим было невесть сколько лет, а, как известно, люди, в отличие от представителей бессмертных рас, существа весьма подвижные, склонных к постоянным переменам в жизни. Новая, сотая по счету, пара носков, очередная супруга, переезд за тридевять земель – всего лишь способ хоть как-то разнообразить свою жизнь и создать иллюзию долголетия, за счет дробления на бесконечные «До и после».
Впрочем, оставим размышления о причинах, сподвигших славную представительницу рода Герцлеров на полноценное путешествие через Бескрайний лес и далее. Слава Богам, какие-то торговые связи у Темного княжества и графства, оставшегося для вампирши безымянным, все же существовали, а торные дороги – приятное дополнение, не правда ли? А раз везение проявилось, так уж во всем! Разбойников, обыкновенно промышляющих у важных торговых трактов, Фикс не встретила (Возможно, дело в неважности) и вполне благополучно добралась до обиталища субъекта, под кодовым именем «Гениальный ученый», или попросту - К.Мандж.
Скажем так, дом, или то, что гордо им называлось, не соответствовал величию личности, в нем проживающей. Фелиция, подобным зрелищем несколько сконфуженная, потопталась у двери и тихонько в нее постучалась, – действие бессмысленное при таком обилие дыр в стенах. Выполнив ритуал, обусловленный правилами приличия, здесь несколько неуместными, Фикс привстала на цыпочках и заглянула в одно из импровизированных оконец (или вентиляционных отверстий, судя по тому, как из него сквозило), и бегло осмотрела пустующее помещение.
Вот тут-то Фикс разозлилась. Разозлилась на эту избушку-развалюшку, на хозяина, то ли сменившего место жительства, то ли умершего (Это для людей тоже весьма свойственно), и, наконец, на себя – величайшую из неудачниц, проделавшую такой путь ради того, чтобы увидеть сарай и надышаться пыли.
Ва-а-а-а-аргх!!! – возопила озверевшая вампирша (Кот, мирно сидевший за пазухой, такого шока не выдержал и впился всеми когтями под хозяйские ребра) и, не найдя лучшего выхода своему гневу, обиде и боли (Доминикус же), изо всех сил пнула ни в чем неповинную дверь.  Дверь протяжно взвыла на сверх-высоких частотах, прогнулась и пролетела в противоположную часть помещения. Все буквально за доли секунды. Нападки нежити, видимо, не были предусмотрены ее конструкторами, особенно, учитывая то, что эти самые "акты насилия по отношению к двери" выпали на срок гораздо более поздний, нежели так называемый (недавно введенный в лавках) «срок годности». Теперь уже грохот сотряс округу. Фелиция, мигом присмиревшая, и утихшая, медленно стекла на порог. Надо было решать, куда держать путь дальше. А голова обыкновенно работает лучше, когда пятая точка к чему-то прижата.

+1

4

Перо торопливо выводило непонятные ему каракули, послушно подчиняясь воли хозяина. Корнал торопился писать. Закорючки дрожали, прыгали, но это никогда не имело значения для корнала. Сейчас надо было записать всё как можно подробнее, ничего не упустив, но с его "отменной" памятью это было сложно. Свои записи он перечитывал редко, но тешил себя надеждой, что, вот, если в случае чего... Случаев не было. "Пиши, пиши старый псих! Пиши! А то ведь забудешь его! Ой что ж тогда будет, что будет... Мир прямо таки взорвётся" - не сдавался саркастичный голос. Самое противное состояло в том, что заткнуть эту мерзкую скотину было нельзя. Голос сбивал с мысли, путал последовательность событий, пихал под руку, заставлял колени болеть сильнее обычно и всяко измывался. Корнал был не умалим. Он уже начал писать последнее предложение: "При выливании на угли...". "Нет. неправильно тут что-то" - это уже не голос. Это мысли. Впрочем рассуждать сейчас было некогда. Корнал поспешно продолжил: "...дымиться и гадливо пахнет" Одно мгновение, всего одно и можно будет смело забывать все то, что уже безразлично. И, бхуты, лишь бы не клякса. Таким измусоленным пером было сложно писать, не оставляя разводов и клякс. Вот сейчас можно с чистым сердцем поставить точку, но... Вообще вой ветра был слышен постоянно и к его "выходкам" Корнал привык, но сейчас произошло нечто совершенно невообразимое. Сначала дикий вопль, будто бы снаружи изнасиловали толпу котов. Вопль никак не задел, самого старика, но мысль была утеряна. А потерять мысль было ещё страшнее для Корнала, чем потерять всё своё оборудование. Он начал лихорадочно перечитывать недавно написанное. Что-то он хотел ещё написать, но, что? Что?! точки нет. Значит что-то там произошло ещё раз. О, эта самовольная память! Какого нехорошего ты ушла?! Корнал силился вспомнить. Особых результатов это, как и всегда в таких ситуациях, это не произвело. Голос внутри ликовал и не вполне прилично, упоминая куда именно ушла память и что она там делает в данный момент. Корнал встал, привычно вцепившись в трость. Колени ныли сильнее обычного. Сейчас бы дойти до кострища - возможно что-то там осталось. Но тут произошло второе событие, напомнившее о существовании внешнего мира. Мерзкого, пошлого внешнего мира, что б ему под землю провалиться! А что тогда будет над землёй? А где будет небо? Корнал мотнул своей огромной головой, отгоняя мысли. В следующее мгновение в его (собственном!) доме наверху что-то тяжёлое отлетело и стукнулось о противоположную стену. Грохот был кошмарный. Хотелось отрезать уши. Не то что б Корнал любил своё пристанище, но некую привязанность испытывал. Всё же оно ему служило исправно и разваливалось вполне медленно, что радовало куда больше. Ко всему прочему этот стук нарушал всё его идиллию. Это бесило ещё больше. Корнал не выдержал он сделал то, чего не делал уже очень (очень-очень-очень) давно. Крехтя, сипя и жалея себя и ненавидя свои колени, Корнал подошёл к проёму, ведущему наверх. Но, что и причинило основные страдания, выпрямившись приоткрыл двёрь. Что же открылось его взору?! Мерзкий бледный парень идял прямо на пороге его собственности! Это было выше сил Корнала. Это было выше сил любого человека, не говоря уже про психа. Сейчас бы наподдать своей тростью по спиене этого нахала. Маленькие глазки впились в то самое место куда следовало бы стукнуть, но долго стоять в той позе, которую выбрал старик было больно. поэтому Корнал стразу перешёл к делу.
- Убирайся! - хрипловато взвизгнул он. - Какой Тьмы ты тут делаешь?! Прочь! Геть! Забирайся! Це мій будинок! - визжание перешло на бормотание. - Убирайся...  Що б тебе біси забрали... Мерзкий...
Дальше разобрать было невозможно.

Отредактировано Корнал (2010-01-01 18:32:37)

0

5

Фелиция уселась так, что дискомфорт, причиняемый жестким, не предназначенным для долгих посиделок порогом практически не ощущался (Подмяв под себя безразмерный плащ), вытащила из-за пазухи кота, усадила его на колени и принялась флегматично наглаживать.
Щеголеватый, будто сошедший со страниц дамского романа, юноша сидит в дверном проеме полуразрушенной избушки и гладит огромную рыжую животинку о хвосте и усах. Зрелище, наверняка вызвало бы нездоровый интерес прохожих  (в особенности, женского пола), но в такую погоду и в рань такую приличные граждане носа из дома не высунут, даже если и посерьезней чего случится. До утреннего кофе? – Увольте!
Однако ж, Феликс всего лишь восстанавливала душевное равновесие, любовалась красотами местной природы, пусть и слегка покоцанной сентябрем, да насвистывала коту любимую мелодию, услышанную  еще в далеком детстве. Даже Доминикус сменил уныло-презрительное выражение сплюснутой морды на доброжелательно-снисходительное и тихонько мурлыкал. Кажется, в такт.
Адекватные идеи, касательно плана действий на ближайшее время, отсутствовали. Даже намека на что-либо подобное не зародилось в белобрысой голове, а потому, оставалось только сидеть и ждать. Ждать.. с Мидхира погоды? Фикс глубоко вздохнула, словно проветривая закисающие в безделье мозги.
Точнее, она успела только вдохнуть, на выдохе же ее бесцеремонно прервали.. За Фиксовой спиной, то есть внутри якобы пустующего дома, открылась дверь (За 20 лет научишься распознавать хотя бы этот звук), и, уже обернувшись, «гостья» узрела хозяина дома. По крайней мере, судя по спутанным речам  дряхлого, иссушенного существа, стоявшего у ранее не замеченной двери,  оно и являлось владельцем этого прекрасного замка. Немного обветшалого, правда. Незнакомец ругался на странной  смеси двух языков (Для Фикс так и остался неясным смысл слов «Геть», «Будинок» и пр), и, кажется, даже порывался пустить в ход, трость. К счастью, до этого не дошло. Пока. Дабы хоть как-то отодвинуть, а возможно, и предотвратить подобное развитие событий, Фелиция встала, спихнула кота (Тот, естественно, ответил оскорбленным шипением) и развернулась к старику. Отвесив галантный поклон, который опять же пришелся явно не к месту, виновато спросила: «Простите, Вы здесь живете?» - нелепый вопрос с заранее известным ответом. Всего лишь трансформация «Извините» - не более.
В то же самое время Фелиция пыталась хоть как-то объяснить себе происходящее. Казалось бы, дом пуст, ученого здесь нет. И судя по общей разрухе, довольно давно. Тем не менее, кто-то здесь жил и живет, если не в пристройке (Снаружи ничего подобного не было видно), так в подвале. Прямо перед ней стоит живое тому доказательство. С таким не поспоришь. Домом она ошибиться не могла.. Но не мог ли этот человек, разваливающийся, как и его жилище, оказаться ученым?
Размышления длились не более двух секунд - промедление могло выйти боком. Феликс смерила потенциального ученого оценивающим взглядом  с ног до головы, едва заметно поежилась и вслед первому вопросу послала и второй:  «А Вы не господин Мандж, случаем, будете?»

0

6

Мерзкий мальчишка всё же соизволил поднять свою.. ногу. Встать, в общем. Рядом с ним каким-то неизвестным науке образом материализовался огромный рыжий кошак. Кошак казался Корналу ещё более мерзким, чем мерзкий мальчишка, мерзкая осень, мерзкое мироздание и мерзкая жизнь. "...и мерзкие неполучающиеся опыты" - завершил голос. Корнал хотел окончательно вылезти дабы швырнуть в кота палку. однако пальцы не выдержали давления двери и Корнал ненадолго вновь скрылся в подвале. Однако отступать он не собирался. Тем паче, что сверху донесся вопрос. Не его ли это дом?! "Да тебя ещё на свете не было, когда он стал моим! " - голос и мысли слились в едином порыве. Оба, конечно загнули. Мальчишке было от силы семнадцать, а дому было около шести. Впрочем, для кого это сейчас имело значение? Корнал вновь толкнул дверцу. Мир снова предстал перед ним во всей его неотразимости. Мальчишка и котяра никуда не делись. Белые волосы падали на лицо Корналу, мешая лицезреть все красоты внешнего мира. Глазки впились в мальчишку, будто высасывая из него остатки крови (белесое лицо сразу бросилось в глаза). Но уже через пару секунд Корнал услышал следующий вопрос этого неказистого создания. По имени Корнала не называли давно. По фамилии ещё дольше. Фамилия показалась совершенно чужой, неподходящей. Ведь в ней слилось всё благородство обрубившегося на Корнале рода. Нет, не звучало это слово здесь, в этой хибарке посреди леса. Таким фамилиям суждено звучать в дворцах и замках. Ну в крайнем случае в посланиях гонцов. Корнал даже не сразу понял в чём же заключается вопрос. Однако, было нечто манящее к этому мальчишке в этой фразе.
- Мальчик! Ragazzo! Garçon! - произнесено это было на двух эльфийских наречиях, да ещё и голосом влюблённой жабы. Наверное именно таким голосом мерзкие ведьмы заманивали эльфиек в древних сказаниях. - Ты пришёл поклониться новому господину мира? Говори с должным yours! Если хочешь провести со мной хоть немного драгоценнейшего temps grand Сhimiste! Я покажу тебе истинную суть магии, которой нет... Non! - в этом месте Корнал перешёл на хриплое бормотание - Есть только blanc gruau, которая создаёт её illusion!
За последние два года это был его самый длинный монолог. По его мнению сейчас мальчишка должен был рухнуть к его ногам, моля о том, что бы тот преподал ему хоть немногие уроки. Ради того, что бы потом править самым жалким куском полученного Корнолом мира. Вот оно решение летательной машины! Отныне всю грязную работу проводить этот паренёк (по указу корнала, конечно)... Кот перебьёт всех крысок, а Корналу останется лишь наслаждаться властью господина мира! " Да! Химик! Ты взмоешь в небо! Творец! Отныне ты будешь истинным Создателем!" - голос внутри ликовал вместе с Корналом. Такого триумфа Корнал не испытывал давно. Почти с тех пор как удался "крыльный аппарат" - дельтаплан то бишь.


оффтоп - Здесь и далее французский - то бишь эльфийский. До этого перепутал с нимфским - украинским.

+1

7

Бить тростью за порчу чужого имущества Фелицию никто не стал – и это уже радовало. А оскорбления, прозвучавшие до того, благополучно влетели в одно ухо, вылетели в другое, не оставив и следа в ее сознании. Что уж тут говорить, после слов о возможности обучения, Фикс окончательно уверовала в подлинность «того самого Манджа». Отношение к неказистому старичку, соответственно тут же изменилось на благоговейно-почтительное. 
Леди Удача, видимо, и сама устала от постоянных проколов своей бледнолицей подопечной, и потому раскрыла перед ней карты. Разом. Все. Набор козырей – с таким не страшно начать игру. Ну что ж, рискнем?
Естественно, Феликс совершенно не смутило, что Ученый назвал ее мальчишкой. Последние лет пять, она и не помнила, чтобы кто-то, кроме Йоффи (Ее случайной знакомой, а в дальнейшем - и подруги), отзывался о ней в женском роде. Порой Фикс и сама говорила о себе, как о господине Герцлере. Ведь в обществе, пропитанном феминизмом с самого основания и вплоть до аристократических верхов, было выгодней оставаться худощавым юношей. А потому, встав на одно колено и преклонив учтиво голову, Фелиция представилась в изысканно-витиеватой манере: «Феликс Герцлер, к Вашим услугам, Господин! Для меня и малая доля Ваших знаний – бездна, что не постичь!», - закончив, вампирша замерла в ожидании ответа, от которого зависела, ни много ни мало, ее дальнейшая судьба. Неровно остриженная челка спадала на глаза и не позволяла видеть лица потенциального наставника, это нервировало. Кто знает, как отреагирует на ее слова г.Мандж? Положено ли ученику так говорить? Быть может, его оттолкнет чрезмерно напыщенная манера речи. Но ведь возвышенный стиль, используемый ученым, и обилие заимствованных слов, скорее всего, эльфийского происхождения, требовали соответственного поведения со стороны Фаиль.  Ответа в стиле «Вассал-Сюзерен». Таким образом, можно было польстить самолюбию Ученого, не опускаясь до банального подхалимства. Игра. Пара козырей уже брошена в расход.

0

8

Корнал высокомерно поглядывал на коленопреклонённого мальчугана. Да! Вот он истинный человек, каких поискать надо. Точнее им надо поискать таких как Корнал дабы "постигать бездны". Это вам не какие-нибудь жалкие смерды из рода крестьянских неучей. Вот она истинная элита, достойная лизать подошвы властелинов мира. Вот оно - будущее науки! Это вам не жалкие маги-фокусники! Только такие стоят того, чтобы их не пустили на продукт распада! Из таких построится будущее! Только на их костях можно построить светлый храм тьмы будущей науки. Корнал ещё раз смерил взглядом мальчугана. Теперь, как истинному лорду (Корнал мысленно повысил себя в звании) следовало провести его в свой замок. К тому же пальцы готовы были обрушиться под тяжестью двери. Великий изобретатель хлопнул дверью прямо перед носом мальчугана, считая такое приглашения равнодостойным чина мальчишки. И вообще, не должен же он (Великий правитель) тратить время на (пусть даже достойного) мальчугана. Однако из-за двери Корнал всё же счёл нужным громко проскрипеть:
- Ты можешь войти в аbode великого maître du monde!
«Зря ты это сделал… Не достоин он, Хим, не достоин этого!» - буркнул в глубине души голос. Глаза быстро привыкали к привычному полумраку подвала. Всё было на месте – стол, стул, колбы, сохранившие творческий беспорядок,  топчан и даже крысы. Колени не перестали ныть, в голове копошились идеи  безумные и не очень. На секунду Корнал усомнился – был ли тот мальчик наверху? Слишком пошлым показалось всё то, что окружала. Впрочем, такую глупую мыслишку быстренько вытеснили великие идеи великого изобретателя. Корнал, тяжело опираясь на палку, побрёл к столу. Точнее, к записям, доселе мирно покоившимся на столе. А ещё точнее,  к колбам, мирно покоившимся на незаконченных записях. Колбы были давно не мыты и первое что подумалось Корналу при взгляде на них подумалось - быстренько прямо сейчас отправить мальчишку мыть эти самые колбы - для чистоты эксперимента. Вторая мысль - придавить палкой хвост тому рыжему котяре. Однако до воплощения планов злобного гения оставалось ещё немного времени. Поэтому Корнал, со скрипом в коленях, с трудом опустился на стул. В голове выстраивалась картина прекрасного светлого будущего: он, возлежит на топчане, дабы вынашивать в своей гениальной голове гениальные мысли и идеи, а мальчуган будет всё это исполнять. Впрочем, нет. Так слишком скучно. Кудо интереснее так: он, Корнал, возлежит на топчане и громогласно даёт указания к действиям мальчишке, который непременно что-нибудь выполнит не так, как сказал Корнал и за это будет отруган. Однако куда интереснее будет так: мальчуган с благоговением взирает на Великого Мыслителя, который смешивает над его головой химикаты, получая прелестнейшие результаты. После чего мальчишка идёт и рассказывает о чуде науки и техники и мир склоняется перед ним - Великим Теоретиком и Деятелем, Корналом! Корнал вожидающе посмотрел на дверь, из которой должна была появиться белобрысая голова мальчугана.

0

9

Как оказалось, даже гениальные ученые падки на лесть, если выдавать ее строго отмеренными порциями. А ведь считается блюдом специфическим, далеко не каждому приходящимся по нраву. Однако ж, смотрите, стоило добавить к неподдельному уважению каплю лести – и двери раскрыты, светило науки позволяет тебе греться в лучах своей славы.
Двери действительно открылись перед новоиспеченным подмастерьем. Но не раскинулся пред ним в то же мгновение коридор, застеленный коврами с ворсом до щиколотки. Не зыркнули грозно со стен миллион и один предок  величайшего химика, заключенные в рамки из черного дерева. Не засверкали девственной чистотой колбы, пробирки, пипетки, цилиндры и мензурки, выточенные трудолюбивыми гномами из хрусталя. Нет. Таких чудес девушка заметить не успела. Как только без пары минут властелин мира проскользнул в дверной проем, как тот исчез с громким хлопком. Никакой магии - двери, как показывает практика, иногда и закрываются. Эта же мимоходом чуть не лишила Фикс кончика носа. Но закрылась без намека на символизм – из-за деревянного полотна Феликс позвали. (Как гласит старая вампирская поговорка: «Позвали, значит, на обед!») Первым, естественно, зашел кот. Очнулся от рассветной полудремы, сковавшей до этого, и рванул в проход, едва не сшибив хозяйку. Откормила на свою голову, боров.
Фелицию убранство святая-святых, - лаборатории одного из величайших умов эпохи, - не впечатлило. И это еще мягко сказано. В ее представлении, науке можно было предаваться лишь в идеально вычищенном помещении, где не было бы ни пыли, ни паутины, ни, тем более, крыс. Как мог алтарь науки опуститься до зверинца? А Корнал – жрец ее, кажется, нисколечко не был тем озабочен. Размышляя о чем-то своем, он сидел на некоем колченогом предмете, который мог бы сойти за стул. При условии, что фантазия хорошая. Но, не бросать же все из-за банального беспорядка? Феликс подошла к своему Наставнику, и без слов склонила голову в знак почтения.  Негоже заговаривать первой.
Если Фикс была не в восторге от обилия грызунов в погребе, то для Доминикуса не было дня счастливее. Еще с лестницы он спрыгнул в самую «гущу». Крысы так запросто гибнуть не собирались, а потому облепили его всей гурьбой, и через секунду по полу катался серый мохнатый шар, около полуметра в диаметре. То и дело из его гущи раздавались разъяренное: «Мя-а-ав!», шипенье и предсмертные хрипы напополам с писком.

0

10

Корнал величаво снизу-вверх поглядел на мальчугана стоявшего рядом с ним. Он уже хотел произнести величественную речь о необходимости науки в это время. О засильи магов. О том, что уже скоро он добьётся того, что бы за любое произнесённое вслух лживое заклятие резали головы. Корнал даже приструнил внутри себя голос по такому случаю - пусть помолчит тварь ехидная! Для внушения Корнал решил достать что-нибудь из своих оставшихся смесей - надо же показать юнцу ради чего он сюда пришёл. Поэтому перед речью Корнал полез под стол - достать колбы и пробирки с удавшимися опытами. Посуды было немерено - в своё время он мог себе такое позволить, поэтому пара-тройка занятых колбачек ему не мешали. Впрочем, разобраться в том бедламе, что царил под столом было сложно. Однако, кряхтя и ругая свою непокорную спину Корнал вылез из-под стола держа в руках две пробирки. Волосы падали на лицо, мешая рассмотреть что же именно он извлёк. Однако суть оставалась сутью - если эти химикаты были удачные, значит могут прореагировать даже с самой землёй-матушкой. Корнал держа обе колбы на уровне глаз, позволяя жидкостям причудливо искажать его и так уж изуродованные черты лица. Сейчас должна быть произнесена речь века... Нет! тысячелетия. Голос внутри подозрительно молчал - то ли и впрям послушался, то ли готовил ужасающую падлу. Ученик стоял рядом, склонив голову в почтении. Кот... "Тьма, где же эта тварь?.." - успел подумать Корнал до того как раздался леденящий душу, которой, благо, у Корнала не было, рёв. Орала тварь. Орала истошно, с неким надрывным удовольствием в голосе. Одновременно с этим пищала вся свора мышей.
- Vile créature! - тихо проскрипел Корнал.
Вообще Корнал и сильно недолюбливал, но в данном случае он был однозначно на стороне мышей. Пусть проигрывающей стороне. Однако стороне, которая не отступит и будет бороться до конца. Однако медлить было нельзя, особенно если держишь в руках пару химикатов. Был выбор - показать их мальчишке или пугнуть кота. Однако, логично рассудив, что котяра - скотина глупая и ещё что-то делать ради этой твари - значит прямо таки унижать себя! Корнал величественно задрал над головой колбы. Голос внутри тихо хихнул, предвещая нечто явно плохое. Корнал мысленно цыкнул на него, заставив вновь заткнуться.
- Élève! Я хочу показать тебе истинное значение науки! Это не жалки фокусы магов, что можно увидеть на каждом углу! Это даже не blanc gruau! Это - аujourd'hui и будущее этого monde! И не только мира! Людей! Звёзд! Люди поднимутся  ввысь! К ciel к звёздам! И всем этим буду повелевать Mighty Сhimiste! - всё это было пробормочено со странными перепадами. От хрипа до почти визга. Говорил Великий Химик. Говорил Корнал - Смотри! - прохрипел он.
В этот момент он медленно начал переливать жидкости из одной колбы в другую. Жидкость потемнела. Сначала больше нечего не произошло, однако Корнал продолжал держать оба сосуда, один уже пустой, в руках. А зря. Жидкость запенилась, тихо зашипела, как тлеющий уголь, потемнело ещё больше, покрываясь тонкой плёнкой сверху... На миг застыла, будто ожидая аплодисментов за проделеное. Корнал нетерпеливо поднёс колбу к лицу.  Жидкость не подавала особых признаков реакции кроме мерзкого запаха, разносящегося по подвалу, Корнал постучал ногтем по колбе. Голос внутри снова хихикнул. В следующее мгновение жидкость в колбе, не истачая никакого тепла загорелась ярко синим пламенем, вышвыривая из себя чёрные воняющие ошмётки чёрной жидкости. Пламя становилось всё сильнее, из колбы вылетало всё большё чёрной дряни, корнал вытянул руки, как мог подальше боясь опустить колбу на стол. Ещё через мгновенье чёрная грязь в колбе зашипела и взорвалась. Корналу приходилось видеть взрывы и не редко. Но это... В чёрной мерзости оказалась вся противоположная часть "лаборатории". Мерзкий запах вдруг куда то исчез, зато появился ещй более мерзкий. Голос внутри Корнала ликовал. Сам Корнал, прихрамывая, пошёл отскребать со стен образцы получившегося.

0

11

Мандж готовился. Явственно готовился сказать что-то чрезвычайно важное. Глобальностью своей достигающее таких масштабов, что произнесенное единожды, оно раскатится подобно звуковой волне по миру, изменяя причинно-следственные связи, саму структуру веществ, полюса морально-этических систем, дабы мир никогда не вернулся к исходному состоянию. В воздухе повисла величественная пауза  -  воплощение Идеи, концентрирующейся прямо сейчас где-то в потайных отделах сознания гениального ученого. Казалось, еще мгновение, и прежнему миру будет вынесен приговор. Но Корнал, будто уверенный в том, что основы мира могут быть попраны его тростью в любой момент, когда бы он этого не захотел, рассеял ожидание, за эти секунды достигшее максимального напряжения, и нырнул в джунгли из склянок и скляночек в поисках материального воплощения собственных мыслей. Впечатление, навеянное моментом, уже через мгновение было уже перемолото пресыщенным логикой сознанием, и забыто, за своей несостоятельностью.
Наблюдать за «изысканиями» ученого было несподручно, - с позиции, занимаемой Фелицией, были видны только Ноги Величайшего Ученого и часть Его Спины, - да и попросту неинтересно. А потому Феликс, отмерив должное почтение, коего, наверняка, эти стены не видели ни разу за долгие годы своего существования, загнала поглубже подобострастную мину до более подходящего момента и отвлеклась на животинку, буквально с головой ушедшую в работу.
Живой мохнатый шар постепенно окрашивался в трагически-красный, оставляя за собой след из особо неудачливых бойцов. Теперь в прорехах, выгрызенных хищником в рядах противника, то и дело мелькали лапы, голова и прочие «составные элементы» кота. И вот, десять, а может и меньше особей, из коих невредимыми осталось менее половины, ринулись врассыпную, оставив победителя. Доминикус, усталый, но гордый собой, судя по особо довольному выражению сплюснутой морды, издал последний победный клич и.. как ни в чем ни бывало, принялся за гигиенические процедуры, у кошек никакой подготовки не требующие. Могущество и скромность во плоти! Лишь оваций не хватило для того, чтобы подчеркнуть торжественность момента.
Наблюдения за Д. были настолько увлекательны, что если бы не хриплое «Смотри!», Фелиция обязательно пропустила бы первый из сделанных в ее присутствии, но оттого, естественно, не теряющий важности опыт Корнала. Но призыв вернул ее внимание, и Фикс уставилась на колбочки, с коими ученый проводил непонятные для профана в области химии манипуляции. “Delightso-o-o-ome,” – заворожено протянула девушка на вампирском, тщательно запечатлевая каждый момент в памяти, дабы потом можно было восстановить опыт безо всяких записей (Еще бы знать названия реагентов). Но робкий вопрос о природе происходящего опередил взрыв. И если черная гадость, заляпавшая стены, не особо взволновала «подмастерье», то отборное,  иначе и не скажешь, зловоние, распространившееся за взрывом, отозвалось резкой головной болью и тошнотой – сказался тонкий нюх нежити, что поделать. Фикс скривилась и, оперлась на стол, пока не последовало каких-либо указаний.

0

12

Голос внутри Корнала ликовал - и не заткнёшь этого мерзавца. Что всё же не ожидал такого? Взрыв! Полный! Не побоялся ещё пару пальцев потерять, а? А колени не будут болеть после этого? - в этот момент Корнал демонстративно переступил через котяру, устроившегося вылизываться прямо посреди подвала.  - А что после этого твой ученик учудит? Весь срай рванёт? заново изобретёт огонь? Корнал с омерзением стал отскребать чёрную, липкую, прилипающую к пальцам мерзость от стены. Чёрный кусочек явно не хотел так просто отклеиваться. Голос продолжал глумиться - Так ты скоро до трав опустишься, будешь как гадалки в поле за травами ходить? Экстракты трав начнёшь в аппараты гнать? Или как? просто сушить да порошком колбы присыпать - для верности? Нет, ты вот мне объясни, Хим - ты всегда смешиваешь, то что под руку попадётся, или изредка расчитываешь на бумажке результат? На картах реакции ещё не пытался раскладывать? В этот момент голос закашлялся и заткнулся. С чего бы это? Теперь Корнал старательно отдирал чёрную мерзость от пальца. Чёрная мерзость раползалась и твердела. Ну, точнее не твердела, а делалась не такой липкой. Это утешало. Корнал неожиданно прекратил свои занятия, ожидая очередного взрыва брани от голоса. Было даже как-то непревычно делать что-нибудь неудавшееся, если рядом нет чего-нибудь злобствующего. неужели сказал что-то стоящее? Почти всё то, что сказал голос Корнал уже пытался - разложить реакцию и записать на бумаге - было дело. Назвал смешиваемые вещества буквами и поставил рядом с ними знак плюс. Ничего не вышло. Реакция произошла вовсе не так, как задумал Корнал. Горения не произошло. Зато на стенках образовалась какая-то мерзость, растворяющая дерево, кожу и волосы - в последних двух Корнал убедился на личном опыте. Сейчас лежит эта гадость где-то с остальными склянками. Надо бы этим растворителем покапать на эту чёрную грязь...."Изобрёл заново огонь" сам Корнал. Выделилась у него какое-то летучее вещество один раз. Под его струёй - металл ржавеет, а дерево горит. Вещество улетучилось (В отличии от вони, повисшей сейчас! Хоть бы немного ослабла, мразь эдакая!) Травы? Нет, это  голосы наверное просто к слову пришлось... С ними Корнал эксперименты никогда не ставил - зачем? Они и так в природе растут и умирают что из них можно извлечь? Или всё же можно. Не зря же этот гад заткнулся. будем думать, что зря. Чёрная гадость слегка затвердела, однако сделала это вместе с пальцем и отодрать её теперь было невозможно. Корнал побрёл назад к столу, второй раз перешагивая через мерзкого кошака - тот как раз перешёл к вылизыванию лап. Нет, это было невыносимо - знать, что получилось что-то важное, что тебе только что дали подсказку и не знать о чём она. Хуже пытки в мире для Корнала не существовало. Корнал остановился, откинул крышку двери - вонь стала настолько невысносимой, что проветрить помещение было просто необходимо. Корнал посмотрел на свой палец. Что же всё же вышло после того как смешали вещество похожее на спирт (всё как у обычного спирта, но запах как у яблок - непонятно откуда он взялся, и пить его нельзя - яд ужасный. в лучшем случае ослепнешь. После того как Корнал эту гадость попробовал видеть стало сложнее в разу. Ему думалось, что легко отделался) и растворённого (долго и мучительно) порошка неясного очень мягкого металла? Корнал мучился. Ощущение как будто в трясине вязьнешь.

0

13

Опершись о стол, или, наоборот, подперев его, - неизвестно, как эта странная конструкция могла стоять и не складываться наподобие карточного домика, - и не решаясь заговорить первой, Фелиция наблюдала за тем, как ученый соскабливает со стен результаты опыта. Сознание,  и без того замутненное зловонием высшей степени, отключилось вовсе и выдало замечательную, практически психоделическую картинку. 
Год за годом гений естественных наук проводит разнообразные опыты – слой за слоем на стену оседают результаты его практической деятельности. Как на морское дно опускаются погибшие рыбы, водоросли, раковины диковинных моллюсков, образуя со временем пласты известняка. А уже из него, материала далеко не благородного происхождения, возводят себе замки самодовольные вассалы, высекают монументы давно забытым героям и изысканные фонтаны, дабы хоть как-то облагородить ландшафт. И в далеком (Надеюсь, что далеком – знания обретаются не за пару лет) будущем, когда Корнала – величайшего изобретателя, механика, химика etc, не станет, в его скромное жилище наведаются люди, неравнодушные ко всему тому, что он успеет совершить во благо науки. К тому времени лаборатория станет заметно меньше, ведь наращение толщины стен происходит внутрь. И снимут соискатели знаний слои всевозможных химикатов со стен, и восстановят рассуждения. Пошагово и достоверно. Из этих знаний возведут уже не строения, обреченные быть разрушенными природными катаклизмами, войной или временем, но аккуратно обработав (Дабы не потерять и крупицы) получат новую науку. На века. И в ней уже останется имя Корнала, а быть может, и Феликс, как животные в пластах осадочной породы.
Фелиция тряхнула белобрысой головой, но моллюски и статуи прочно застряли где-то в мозжечке и лишь гулко, металлически громыхали в ответ на ее попытку хоть как-то сконцентрироваться на происходящем. Но реальность казалась куда бесцветнее морских глубин и беднее, чем замки аристократов. Да и не произошло никаких кардинальных изменений, только дверь теперь была открыта, и, как следствие, воздух заметно посвежел. Но Корнал продолжал свои, кажется, бесплодные попытки хоть как-то прибраться. Фикс не удержалась-таки и высказала пусть и неадекватную, в целом, но уж очень прилипчивую мысль вслух: «А может, не стоит снимать эту жидкость со стен? Останется в наследство грядущим поколениям. Знаете, как ракушки?, - и затем, словно пытаясь перевесить эффект от предыдущего высказывания, задала вполне ожидаемый, стандартный вопрос, - Простите, мастер, но значение проведенного эксперимента для меня осталось неясным. Не могли бы вы описать произошедшее для человека, в химии несведущего?». Доминикус, через которого то и дело переступали, - Что за неуважение?!, - вопрос хозяйки отразил, секунду провел в состоянии абсолютного оцепенения, после чего, в беззвучной истерике стал биться головой о пол. Несильно. Просто выражая нахлынувшие, так сказать, чувства.

0

14

С котярой что-то начало происходить. Но Корналу до этого не было никакого дела. Корнал был застигнут вопросом ученика врасплох. Голос внутри саркастично усмехнулся. И что же ты ему ответишь? - тихо прошептал он. Корнал во что бы то ни стало решил говорить правду. ибо ученики - будущее вселенной. Хоть иногда и кажутся наредкость тупыми (первый вопрос ученика Корнал пропустил мимо ушей, дабы не забивать голову чушью) Однако обдумать ответ было просто необходимо. Как он ему объяснит если последние годы он не давал название никаким вещам определенно - вот это жидкость которая взрывается, вот это - как спирт, но вода, вот это - испаряется стоит только её открыть, вот это - металл который не ломается вообще, а вот этот - хоть в узел заверни, а вон тот металл - хоть ножом режь... И как это все объяснить? Голос ехидно шептал на ухо что Корнал может рассказать вместо этого - как братьев да родственников травить, бить, как к власти рваться. Корнал лишь отмахнулся от него - эта тема не трогала его никогда. Да и что в ней такого что может тронуть? Ну родственники, ну потравил... Что ж с того? Ради высших идей ведь! Корнал с усилием отлепил к3усочек дряни от пальца, о боги, дрянь перестала липнуть ко всему к чему прикоснётся, и кинул его в аппарат. Через пару часов надо будет забрать - гадость вернётся в исходное состояние и её можно будет изучить, капая на неё ещё более гадкие вещества, возможно можно будет определить можно ли её использовать. Сейчас тёмный кусочек плавал в прозрачной жидкости. Это было странно - в этой жидкости тонуло всё. Корнал махнул рукой на непослушную дрянь и подготовился к лекции. ледовало рассказать этому ученику всё. В частности - цель его, Корнала, здесь пребывания. Корнал остановился около аппарата, состоящего из колб и трубок, и дружески похлопав самую маленькую колбу в которую должен был выливаться результат, начал речь. Речь была сбивчивой.
- Аnnée я творю аéronefs машину. Как? Сначала сделал fenders из дерева. Надо только mettre и с высоты прыгнуть - дальше всё! Летишь! А только крылья были странные - не летают... На бумаге voler, а в жизни - non. Рroblème!
Корнал подумал - а что если хлынет сейчас поток учеников и утонет он в нём - в этом сплошном непрекращающемся потоке. И не вспомнит о нём никто и никогда. Он уже почувствовал скрип двери, и вот сейчас прорвётся этот поток учеников и захлынет в его любимую лабораторию, звон стекла, треск чего-то неясного, пары искаряющихся веществ... Может лучше ничего не говорит этому юнцу? Раздумья прервал голос. Он был мерзок и ужасен в своих побуждениях А вот ты так и будешь могучую паузу держать? Или как? Корнал гордо оставил голос без внимания.
- Надо мешок сделать. Но воздух он должен pas le rater, mais garder. И получится! А для этого нужно такое вещество, fort étirement, pas de circulation d'air. Как? Неизвестно... А я делю!
Корнал сделал ещё одну паузу. Нельзя же ему, школяру этому, тайну веществ открывать. Впрочем, теперь уже можно всё. Он и так знает, больше чем надо. Так осведомлён кроме голоса только сам Корнал.
- Вот взял я две жидкости - одна почти спирт, но не спирт - toxiques, и ещё много отличий... Но это уже другое. А второе.. - Корнал задумался как объяснить - в общем мелкая крошка  металла растворённая - странный металл - ножом можно резать, пальцами мять. В результате blast!
Корнал прокрутив голове всю речь. Он уже давно так основательно не задумывался какая же всё же у него конечная цель. Надо такое вещество  крепкое, тягучее, что б воздух не пропускало... И голос этот тогда заткнулся... Корнал вытащил из раствора темную дрянь.  Неужели получилось? Голос внутри пристыженно молчал. Видно понял, стервец, всю силу науки.

Отредактировано Корнал (2010-15-01 18:06:36)

0

15

Хотя многие слова из речи мастера и были произнесены на неизвестном Фелиции языке, - скорее всего, это был общепринятый в научных кругах язык длинноухих, - но в общих чертах Идею, над воплощением которой работал Корнал последнее время, она уловила. Ведь эльфийский, как известно, во многом похож на вампирский. Или наоборот? Как бы то ни было, ни один вампир, приближенный к тому идеализированному образу среднестатистического кровопийцы, никогда не признается в том, что говорит, de facto, на измененном эльфийском. Вечная дилемма. Оставим же этот «занимательный» вопрос специалистам. Филологам. Новоиспеченного же ученика заинтересовало нечто более важное. Вычлененная из спутанного монолога, мысль. Концентрат мысли великого ученого. И несла она в себе нечто революционное по своей сути. Задумка, даже не будучи реализованной, уже была способна перевернуть образ мышления существ, привыкших к наземному существованию. Ведь не бывало еще, чтобы человек летел вверх, а не вниз без помощи магии или существ, вроде драконов и иже с ними. Так неужто теперь каждый будет способен взглянуть на землю с высоты хотя бы птичьего полета? Так сказать, абсолютное равенство перед небом? Но в этом мире первое место по значимости отводится магии, а значит, идея может быть и отвергнута сразу после своего «выхода в свет». Фикс окинула опустошенным, невидящим взглядом лабораторию, ни на чем особо не концентрируясь, улавливая краем сознания лишь основные детали интерьера. Словно вялая попытка убедиться в реальности происходящего. Однако старик, высказавший вслух настолько смелую идею, никуда не исчез, а продолжал излучать воодушевление и веру в науку. Оставалось, видимо, только верить. На этом этапе разработки остальное было бы непростительной роскошью. Однако же, нельзя молчать.
- Вас признают либо гением, либо безумцем. Простите за такие слова. Но людям и прочим разумным расам привычней магический полет. Опять же прирученные драконы – прекрасный транспорт. Массы трусливы и консервативны. По определению. Но даже если это авантюра с однопроцентным шансом на успех, я участвую, с Вашего, конечно, позволения. Каковы будут мои обязанности во всем этом? – дабы не стоять столбом, а проявлять хоть какую-то активность и заинтересованность в процессе, Фелиция отделилась от нестабильной опоры и подошла к аппарату, где в жидкости неизвестного происхождения плавал кусочек когда-то липкого, вонючего вещества. Никаких особых эмоций увиденное не вызвало. Плавает и плавает – не плавательное средство нового образца же изобретаем? Однако, никоим образом крамольных мыслей Фикс не выдала. Не время.

0

16

Корнал задумчиво глядел на маленький чёрный кусочек, липнувший к пальцам. А ведь похоже... Черти пусть заберут, но похоже. Какой-то частью безумного сознания Корнал продолжал слушать ученика. Голос тихо и серьёзно молчал. В этот момент Корнал начал лихорадочно соображать. То это или не то. Оно или всё же нет. Ведь проверить будет сложно.. Значит надо сделать подобие. Как? если каждый раз получать это мерзкую липкую (кстати, надо эту липучесть как-то убрать) гадость таким способом, то отдирать эти кусочки от стен будет слишком хлопотно.. Но это потом, потом. Сейчас главное - убрать эту мерзкую липучесть, ибо всё липкое слишком легко рвётся, а это рваться не должно. Голос ученика вернул Корнала в реальность. Безумен?.. А не безумен ли ты и в самом деле, Творец? - голос сказал это тихо и серьёзно. Даже с неком, еле заметным укором. Корнал, тяжело опираясь на палку, верою и правдою служившию ему тростью годы, побрёл к столу, тихо бормоча под нос, впрочем, ровно настолько тихо, чтобы его мог услышать ученик.
- Драконы - nasty et incommode... К тому же разумны и в свое время потребуют facturer. Магия, как и маги, не вечна... Да и disponible не многим. Массы? Они, по той же глупости, пойдут за premier à soulever в небо... Ты же - на этих словах старик резко поднял глаза к ученику. Взгляд был на редкость трезв, что в последнии годы было редкостью для Корнала - Ты продолжишь это... Я стар. Я не смогу успеть всё поэтому ты должен быть моим suite.
Корнал подошёл к столу. Сейчас надо было внимательно изучить эту мерзость. Впрочем, не вечно же её мерзостью называть? Ты бы хоть название ей дал, что ли! - обиделся внутри голос. Вечно. - мысленно подытожил Корнал. Голос внутри надулся. Корнал положил руку, к пальцам которой приклеилась мерзость и явно вознамериваясь содрать это для дальнейшего обучения. Трясущиеся пальцы подсказывали, что сделать это будет не просто. Но  отступать было уже поздно. Если получилось отодрать это тогда, значит получиться и в этот раз. Впрочем, кто его знает, какие свойства успела приобрести жидкость пока плавала в растворители. Кстати, как ты её получил, Хим? - поинтересовался обидевшийся голос. Отвечать на глупые вопросы приставучего голоса Корнал не собирался. Пусть обижается дальше. Сейчас важнее другое. Надо бы посудину под это дело подыскать. Причём какую-нибудь плоскую, чтобы лезть пальцами в горлышко, что б выковорить её от туда не приходилось. Корнал задумался. Лезть самому и искать под стол такую посудины было не лень. Лень было отковыривать от стен и от пола другие такие кусочки. А ученик на что? - возмутился голос. Корнал учтиво принял к сведению верное замечание голоса. Поэтому не поднимая головы от пальцев, вернее от того, что на них налипло, довольно громко, но не настолько, что бы это звучало достаточно грубо произнёс:
- А вот и первое тебе поручение, étudiant. Отковыряй мне ещё этой чёрной substance.
О том назначении этой мерзости Корнал предпочёл умолчать. Ибо как подсказывал опыт Молчать надо ровно до того времени пока не будешь уверен полностью.

Отредактировано Корнал (2010-24-01 18:55:01)

0

17

Ученый, похоже, действительно верил, а потому все доводы подмастерья, вероятно, излишне сдобренные скепсисом, не возымели действия, и соразмерной ответной реакции не вызвали. Выпады в сторону необходимости воздухоплавательного устройства отражались, но, при определенном желании, спор этот можно было бы продолжать вечно. Но для Фикс целью пребывания здесь не было устроение пафосных дебатов с многочасовым разглагольствованием на философские темы. Наилучшее занятие в вечности – расширение границ собственных знаний и возможностей.  Кивок в знак полного и безоговорочного согласия подвел итог размышлениям. Фелиции всегда тяжело давалось определение возраста смертных по их внешнему виду, ведь вампиры и оборотни – основное население Нокмы. И только после слов Манджа к подмастерью пришло горькое осознание того, что обучение не сможет продлить хоть сколь-нибудь приличный срок. Не пройдет и двух сотен лет, источник пересохнет. Вновь окинув мастера взглядом, лишенным благоговейной предвзятости, соответствующей, скорее религиозному идолу, нежели учителю, Фикс отметила, как тяжело он передвигается, даже опираясь на трость. Голос его был слаб, да и внешность, исходя из ее небогатых познаний, растерянных окончательно за годы принудительного лечения в Желтом доме, явно не вязалась с образом молодого здорового человека. Тем не менее, осознание того, что мастер, как организм не особо долговечен, и должен будет покинуть этот мир со временем, не давалось. Это почему-то для Феликс, даже мысленно произнесенное, звучало, как предательство.
- Вам еще рано об этом думать, мастер, - мягко произнесла вампирша и, уже с уверенной улыбкой, будто предыдущим высказыванием она убеждала именно себя, достала из внутреннего кармана плаща небольшую, но широкого диаметра, прямошлицевую (плоскую) отвертку с ручкой радостного, ярко-желтого цвета, - Но, как бы то ни было, я постараюсь сделать все, что в мои силах, - новоиспеченный подмастерье потыкал первым делом металлическим стержнем в черную субстанцию, которую уже про себя назвал «смолой»,  дабы определить, насколько та успела затвердеть. «Смола» поддалась – на поверхности остались заметные дорожки с ровными краями. Тогда Фикс воткнула отвертку под острым углом к стене и, приложив, сравнительно небольшие усилия (Давление сверху вниз, как правило, осуществляется проще из-за помощи силы тяжести – уж это Фелиция умела использовать), отделила от стены длинный узкий пласт неизвестного ей химиката. Добыв таким путем еще два  куска «смолы» примерно тридцатисантиметровой длины, Фикс, наклонилась и немного «Припудрила» руки землей с пола вперемешку с пылью, чтобы не снимать затем черную субстанцию с рук вместе с кожей. Затем из трех полос был скатан своеобразный колобок, который уже и предстал на суд мастера, - Этого пока что хватит? Или стоит собрать еще?
Котяра же быстро исполнил свои профессиональные обязанности, заключавшиеся в истреблении крыс, мышей и прочих паразитов, привел в порядок свою шикарную шерсть и отправился на поиски съестного. Неужели вы думали, что породистое животное опустится до поедания падших противников? Но колбаса, килька, сметанка - подсказывала кошачья интуиция, что здесь ничего такого не найти. Однако, Доминикус был уверен в том, что трехногое животное, властвовавшее здесь, чем-то питается, пусть и редко, судя по комплекции. А раз так, - разумно рассудила животинка, - Если внимательно исследовать жилище, потыкаться во все щели, то есть некий шанс на успех, - откладывать сие предприятие было бессмысленно, а потому Ник тут же отправился в экспедицию на поиски съестного. Первым делом, кот подкрался к столу и попытался разглядеть в множестве склянок что-нибудь съедобное.

0

18

Корнал не думал сейчас о себе и поэтому фраза ученика пролетела куда-то мимо него, не задев сознания. Его сознание было сейчас занято чем-то более важны. Он принял из рук ученика довольно большой ком этой липучей субстанции. Этого комка было более чем достаточно для всех тех экспериментов, которые Корнал собирался провести. Ком, казалось слегка скукожился под суровым взглядом химика. Или это голос так подсказал? Вообще с неожиданно ставшим серьёзным голосом всё было куда сложнее, чем с предыдущим. Тот по крайней мере мог хоть что-то подсказать что-то действительно серьёзное. А это разве что по мелочи.  Корнал решил с ним больше не разговаривать, дабы тот снова стал прежним. Как жаль, что от него нельзя уши заткнуть. Голос каким-то образом поселился в самом сознании и не собирался от туда выселяться. Однако сейчас было не до философских рассуждений о природе голоса. Надо было скорее проверять свое небольшое открытие (а может и большее) на отдельные качества. Корнал полез под стол, отгоняя котяру от склянок, этот кот не понравился Корналу с самого начала. Ведь побьёт там ещё чего недоброго! через множество выпуклостей различны колб сам кот тоже становился ещё более выпуклым. Надо, надо будет исследовать почему так происходит - мимолётом подумал Корнал. У него так часто бывало - неожиданно задумываешься о вещах к которым настолько привыкаешь, что перестаёшь обращать внимание. Впрочем, при зрении Корнала было уже поздновато изучать вопросы оптики. Корнал вглядывался в дебри склянок, ища некое подобие небольшого подноса. Ничего подобного не находилось. По крайней мере на первый взгляд. Кряхтя, Корнал согнулся ещё ниже. Спину ломило в последнее время всё сильнее и сильнее, что напоминало о возрасте. Куда же именно я их в последний рас сунул? На помощь пришёл учтивый голос: "Химик, ты такими штуками колбы накрываешь!" И неожиданно в голосе снова проснулось нечто старое6 "Или тебе и это надо записывать, Творец?" Кстати. идея голоса была не настолько и плоха, однако признать своё поражение Корнал не собирался. В конце концов кто такой этот голос, что бы указывать ему что именно он должен записывать? Корнал остался в гордом молчании, игнорируя голос. Однако тот оказался прав, некоторые колбы с чем-то видимо особо летучим были накрыты именно такими квадратиками с небольшими бортиками. Выбрать что же именно Корналу нужно было меньше всего Корнал не мог, поэтому снял с первых трёх колб нужные ему подносики. С тем, что наполняло колбы ничего особенного не произошло. Наверное зря накрывал. Теперь оставалось только взять нужные для проверки вещества. Корнал наконец разогнулся, поставив три подносика на стол. Кислоты стояли в другом конце подвала. Идти туда не хотелось, однако поскольку ученик был ещё не посвящён в такие тонкости науки, как расположение различных реагентов по подвалу, то посылать его было просто бессмысленно. Поэтому Корнал сам прошёл в другой конец подвала и взял в руки две из трёх нужных колб, кивнув на третью ученику, считая такой жест вполне достаточным. На обратном пути он начал говорить:
- Вот я получил quelque chose. Надо узнать c'est. Как? Возьмём три других substance. Если réagir так, как надо, значит правильное вещество. Если - non, то значит другое вещество. И doit étudier другие qualité другими substance.
Может скажешь ему что это за вещества? Корнал проигнорировал встрявший в небольшую лекцию голос.
- Одни вещества dissous - кислоты. Ими мы сейчас и utiliser. Другие... D'autres réagissent différemment. Некоторые меняют couleur. Некоторые brûler.
Корнал, подойдя к столу, поставил на него обе колбы.

0

19

Поливыпуклый кот, со своей стороны, тоже пронаблюдал за интересным оптическим явлением, только из-за оправданного кошачьего неведения решил, что трехногому плохо, - Вон, весь опух, - и, когда старик стал его гнать, сразу отбежал. А что терять? Еды, судя по тому, как легко тусклый свет проходил через все мензурки, колбочки и пузыречки, под столом не было. А как гармонично смотрелись бы сосиски в пробирках, и куриный фарш – в колбочках! Однако, наш мир далеко не идеален, и известно это даже животному. Затем Ник направился к западной стене, откуда его манили два сундука с неизвестным содержимым. Продуктовая инспекция в лице (усатой плоской морде?) одного наглого кота взяла пробы воздуха через щели у крышек, но анализ показал, что съестного, судя по всему, внутри нет. Доминикус запрыгнул на один из сундуков, дабы осмотреть помещение с позиции более выгодной, и протянул свое обиженное «мяу», когда понял, что мест для хранения пищи как-то не наблюдается. Феликс же, не так давно отужинавшая (Или что тогда было по времени?), менее всего беспокоилась о еде. Кровь – наилучший источник жизненных сил, и если особо не перетруждаться, хватает надолго. Мастер, кажется, остался доволен количеством «смолы». Отвертка свою работу выполнила достойно, а потому, любовно очистив ее от остатков черной субстанции с помощью цветастого носового платка, спрятала обратно к остальным инструментам. Крестовые и прямошлицевые отвертки в количестве четырех штук, пара небольших плоскогубцев и магосос – все содержалось в чистоте, ежедневно полировалось бархатной тряпицей и хранилось, как самое дорогое, во внутреннем кармане плаща. В светлом будущем, которое обязательно должно было наступить, Фелиция собиралась купить специальный ящичек для своего богатства, но пока обходилась.
Последовав за Корналом, Фикс запнулась о кота, который вновь отправился на поиски провизии, устав от бездействия, и чуть не толкнула ученого в спину. Горы стекла, облака из неизвестных, возможно ядовитых, газов и лужицы кислоты – все это предстало, к счастью, лишь внутреннему оку вампирши, не реализовавшись на практике. Ученый, кажется, ничего не заметил, и девушка, взяв указанную колбу, вернулась к столу, дабы прослушать последующий монолог.
- Простите, конечно, но ведь существует столько всевозможных веществ. Неужели Вы помните все отличающие их реакции? Ведь если нам, к примеру, неизвестна природа некой жидкой субстанции, полученной в первый раз, случайным путем из реагентов, названий которых не запомнили или не знаем, как получить ответ?  Есть ведь каким-либо образом структурированная информация по этому поводу? Я имею в виду, на письменном носителе? – Фелиция рассеянно оглядела подвал, но из потенциальных хранителей подобного объема информации заметила только сундуки. Вероятно, для новоиспеченной ученицы было бы хорошей идеей расширить хоть немного свои познания в области химии, дабы не стоять столбом, а содействовать по мере возможностей. Работа же в качестве банального посыльного «принеси-подай-унеси» не соответствовала амбициям молодой вампирши. Ведь подобным можно заниматься где угодно, и вовсе не обязательно в убежище великого Манджа.

0

20

Корнал воззрился на ученика. Да, Химик, этот хочет действительно учиться, действительно знать. Вот, вот кого ты истинно ждал! - заметил голос откуда-то со стороны. Корнал не хотел признавать его правоту. Не хотел. Но приходилось. Голос умолк, однако некоторых слов слышать вовсе не обязательно. Казалос, вот-вот спрыгнет колба со стола и истлеет знание, но ведь Корнал знал, что надо будет всего пол дня просидеть за азпясями, что бы отыскать нужную пробирку, воссоздав её по признакам. И эта странная забывчивость во время проведения опытов... Казалось, ученичок прочувствовал это. А что ты бы не стал записывать, если бы не был столь забывчив? Корнал понял, что всё равно бы записывал. Повисший, как едкий газ, в воздухе вопрос ученика требовал ответа. Корнал закряхтел, садясь на стул. Разумеется, ученик должен был обладать способностью читать нечитаемое, дабы разобраться в записях Корнала. И всё же не указать ему основной источник знания было бы кощунством. Кощунствовать Корналу было привычно, но в отношении своего будущего... Нет. Будущее должно знать всё иначе оно не имеет права существовать в настоящем. Ибо когда будущее станет настоящим оно должно иметь прошлое, которое сейчас настоящее, оно будет таким, каким его построили. Но если дальнее прошлое нельзя перестроить, то можно перестроить настоящее. именно такой "перестройкой", а точнее даже не её самой.  лишь очищением пути к ней решил заняться Корнал. Не отрывая глаз от ученика он произнёс:
- Certain, я не могу запомнить всё. Tous помнить лишь papier. Каждый опыт, каждое événement я записываю. Все expériences на бумаге. А бумажки... - на этом месте Корнал тяжело закашлялся, поперхнувшись не дошедшим до языка словом - Все papiers в сундуках. Но они там contraire. Потому что, то что делал в начале - лежит bas. Всё что сейчас - сверху. Чтобы понять, что делаю maintenant надо читать снизу...
На этом Корнал закончил. Надо было приступать к работе. Корнал старательно разлил в три разных подносика три разных вещества, поставив, что бы не перепутать. Каждое вещество должно было реагировать по своему. Так по крайней мере было раньше. А вот это новое, неясное вещество было чем-то совершенно новым неожиданным, неизведанным ... и липким - закончил голос. Нда. Тут приходилось соглашаться. Оно и в правду было липким. И как убрать эту мерзкую липучесть было неясно. Вещество не сохло никак, точнее сохло, но липнуть от этого не переставало. Вообще, оно было похоже на смолу...Перед Корналом предстало зрелище - буквально рассыпающееся от старости дерево стремиться себя склеить и из всех щелей у него течёт эта смола, темная липкая, потом эта смола не в силах склеить рухлядь древесины растекается где-то под деревом и начинает пузыриться и вот пузыри больше и больше и само дерево уже в огромном пузыре и вот этот чёрный пузырь надувается, становясь больше. больше, подхватывая это дерево и поднимаясь вверх, унося с самой дерево, находящееся внутри пузыри. Огромный чёрный пузырь летел над миром, становясь всё больше и больше и кажется он вот-вот захватит в себя ещё более черное небо и вот он лопается из-за своей липучести, лопается, разрывается, стремительно падает трухлявое дерево, рассыпаясь на щепки и лишь шмотки чёрной дряни остаются висеть на лучиках звёзд. Таких красочных картин у Корнала не было даже при самых сильных галлюциногенов. Однако этот пузырь... Корнал задумчиво скосился на куски чёрной дряни. Он раздумал класть её в кислоту. тут и так всё ясно - но как же, как же сделать такой огромной шар... А главное - как убрать эту мерзкую липучесть. Неожиданно в голове заныл тоненький комарик. Сначала он пищал тонко, но потом всё громе и громче, наращивая звук. Глова мучительно заныла. корнал опустил глову на руки. надо было думать. а думать, как известно - самое сложное.

+1

21

Ученый раздумывал о будущем и том, как помочь ему стать действительно светлым. Достойная проблема, жаль не всех она занимает. Вот одна вампирша, не отягощенная заботами, решение которых повлияло бы на ход развития науки столь кардинально, вспомнила о коте, а точнее, о своих обязательствах по отношению к животному. Питомец, судя по всему, от голода уже и места себе не находил, в поисках съестного излазил все жилище Манджа. Безрезультатно. А хозяйка только о себе и заботится – жажду знаний утоляет. Безответственная владелица массивного, но достойного представителя семейства кошачьих, нашла его взглядом и убедилась, что живая щетка о четырех лапах собрала всю пыль из углов и щелей. Доминикус, сменивший окрас, нрава остался прежнего, и молвил голосом человеческим. Чрезмерно пафосным и возмущенным, между прочим: «Ты навсегда в ответе за тех, кого приручила. Ведь мы нужны друг другу. Для меня ты единственный во всём мире. И для тебя я единственный во всём мире - высказался пушистый лис, бывший всего пару секунд назад Доминикусом, - И, наконец, накорми меня, а?», - подытожила рыжая галлюцинация, махнула роскошным псевдохвостом и вновь уменьшилась до размеров среднестатистического кота (толстого, правда). Ошарашенная вампирша не сразу сообразила, что увиденное – продукт не очень здорового сознания, и что обыкновенные беспородистые коты так запросто в лесных зверушек не обращаются. Она даже на ощупь решила проверить подлинность объекта, наклонилась, составила соответствия между тактильными и зрительными образами, однако, ничего сверхъестественного не обнаружила. Никус, видимо, решил, что в хозяйке наконец-то проснулись любовь и забота, и замурлыкал. Громко, мощно, перекатисто. За это и получил кусочек колбасы, припасенный еще с таверны, и до этого мирно хранившийся в бездонном кармане Фикс. Уже через мгновение от мясного изделия осталась лишь обертка – салфетка, но она пахла столь соблазнительно, что жить бумажке оставалось, видимо, недолго. Но, момент, когда кот, подавился скомканной салфеткой, зашипел что-то на тему «Меня так просто не убьешь!» и проч. был упущен – Корнал рассказал девушке о том, где хранится хоть толика его знаний, запечатленная на листах бумаги, и Феликс, недолго думая, отправилась к сундукам, пристроившимся у стены в легкой, для вампира неощутимой, полутьме. Мешать Манджу думать резону не было, а значит, можно было оставить его на время «в одиночестве».
Первый открытый сундук оказался забитым листами, испещренными, кажется, беспорядочной вязью цифр, букв и непонятных символов. Записи, лежавшие сверху, практически убедили вампиршу в том, что знаки в слова переводить она не обучена. Однако, усиленный анализ текста, вкупе с серьезным прищуром и грозно сдвинутыми бровями (ибо в этом сила!) показал: путем тщательного разбора написанного, смысл его раскроется. Пусть и не полностью. Вздохнув, пожалуй, слишком глубоко и мрачно, девушка выудила нижние листы, уселась тут же, спиной на стену облокотившись, и углубилась в записи.

0


Вы здесь » Адрия - здесь творятся чудеса » Величайшая равнина » Домишко Корнала